ВВЕРХ!

Сказали не трогать

Фото с сайта lift-press.ru

– Ну вот, шестой этаж – последний в этом корпусе. Тут все просто: коридорная планировка и кабинеты убраны, остались только несущие колонны. Единое пространство позволяет создать современное офисное помещение. Именно это вы и хотели, не так ли?

– Да, пожалуй. Хотя нам важнее то, что внизу. Промышленный цех и вся инфраструктура. Офис – это лишь как приятное дополнение. В принципе, мы могли бы арендовать под него этаж в любом новом здании.

– Конечно. Но, согласитесь, всегда хорошо, когда управление рядом с производством. А возраст здания пусть вас не смущает! В ходе реконструкции была проведена экспертиза – результаты я приложил к пакету документов – эти стены простоят еще лет пятьдесят, не меньше! Работа архитектора Холдина, до революции построено. На совесть делали…

Продавец недвижимости погладил шершавую стену из красного кирпича.

– В советские годы здесь военный институт был. То ли с химией что-то связано, то ли с физикой, точно не скажу. Мы вам его поэтому и предложили: лабораторные помещения просторные, легко под цеха переоборудовать, своя электрическая подстанция, очень интересная и практичная система вентиляции – будет работать даже без энергии, на одной воздушной тяге. В общем, идеальный объект для небольшого промышленного производства!

Покупатель открыл сумку, перекинутую через плечо, достал бутылку французской минералки, сделал несколько глотков.

– Думаю, нам это подойдет. То, что нужно. У нас ведь не просто производство, мы занимаемся и исследовательской работой. По правде сказать, я сам когда-то работал в НИИ. Так что дух старых добрых советских лабораторий лишним не будет! – он улыбнулся – здание и правда ему нравилось, – Что ж, я отправлю к вам своего помощника, с ним можно будет обговорить все детали. Выход, если не ошибаюсь, там?

– Нет-нет, это на лестницу, по которой мы с вами поднимались. Спуститься удобнее на лифте. Только там… Э-э… Он старый, поэтому… Ладно, давайте я вас провожу!

Они вышли в коридор, повернули за угол, оказавшись в просторном холле.

– Реконструкция уже завершена, как видите, а вот лифт – хороший, американский – застрял на таможне.

– Что же вы лифт в Америке-то купили?

– Да нет, он сделан в Европе, на заказ, просто фирма американская. Думаю, что на следующей неделе его доставят и мы все смонтируем. А пока…

Продавец порылся в кармане, достал какой-то ключ. Ткнул пухлым пальцем в кнопку вызова лифта. В шахте что-то загрохотало, со скрежетом поползло вверх. Наконец створки дверей разошлись, открывая вход в кабину.

– Держите! – протянул ключ покупателю, – Это запасной, у меня еще есть. Мало ли, вдруг до замены лифта еще зайдете. Вставляете вот сюда и поворачиваете до нужной цифры. Цифра один – первый этаж, два – второй, и так далее.

– Ничего себе система.

Покупатель заметил обычный, кнопочный пульт управления, поперек которого был наклеен бумажный скотч.

– А этот что, не работает?

Продавец покосился на кнопки, пожал плечами.

– Черт его знает. Мне сказали не трогать, я и не суюсь. Ну, всего доброго! Пойду, погляжу, – он отвернулся, продолжая ворчать себе под нос, – Работнички у меня тут еще, глаз да глаз за ними…

Створки сомкнулись. Покупатель вставил ключ в странный автомат, хотел было уже повернуть до единички, но взгляд его снова упал на вертикальный столбик из обычных, пластиковых кнопок. Было их почему-то девять, плюс еще одна, нулевая – видимо, для цокольного этажа. Он подцепил ногтем скотч, открывая доступ к пульту. Коснулся указательным пальцем кнопки первого этажа и, решившись, надавил на нее. Ничего не произошло. Ткнул еще в одну – наугад, потом в другую. Тишина. Еще раз, напоследок, нажал на единичку и… Лифт вздрогнул, поехал вниз.

– О! А вы говорите – не работает. Через пень-колоду, но работает же.

Кабина слегка вибрировала, поскрипывали механизмы, но она уверенно опускалась все ниже и ниже. Пожалуй, даже слишком низко.

– На цокольный поехал, что ли? Глючная система.

Но кабина не остановилась и тогда, когда, по самым смелым прикидкам, она еще должна была проезжать нулевой этаж. Пять секунд. Десять. Двадцать. Прошло больше минуты, когда встревоженный покупатель, вспомнив про ключ, стал щелкать им, поворачивая из стороны в сторону, пытаясь остановить упрямый лифт, или заставить его двигаться обратно, вверх.

– Эй, ты куда проваливаешься?

Сердце у него в груди екнуло.

– Да что ж такое! Откуда здесь такая глубокая шахта?! Вояки, что ли, наковыряли?

И тут он впервые услышал странные звуки. Будто снаружи, за стенками лифта, шла большая стройка. “Но ведь основные работы закончены?”. Еще через минуту звуки стали похожи на работу тяжелых станков.

Покупатель вытер со лба холодную испарину. Обернулся на пульт, с силой ударил по кнопкам кулаком. Никакой реакции. Спуск продолжался. Все так же равномерно, со скрипом и скрежетом.

“Что? Что я там нажал? М-м… Сейчас, сейчас… Надо вспомнить! Возможно, дело в комбинации. Один, потом… Не помню, кажется, восемь. Или… Нет, девять. Точно – девять! А дальше? Что-то рядом с единичкой. Два? Наверное. И еще раз один. Значит – один, девять, два, один”.

Он лихорадочно соображал, пытаясь понять, может ли эта комбинация что-то значить? Складывал в уме цифры, умножал…

За пределами шахты что-то ухнуло, потом еще раз, и еще. Словно там началась бомбежка. Ему даже показалось, что он слышит треск пулеметов.

“Сколько я уже спускаюсь? Десять минут? Пятнадцать?”.

Он затравленно оглядывался, с ненавистью рассматривая старые деревянные панели.

– Господи, да я почти на километр уже должен спуститься! Черт меня дернул нажимать на кнопки.

Снаружи снова рвануло, как будто еще ближе. Внезапно покупатель заметил край бумажного листа, торчавшего из под металлической пластины кнопочного пульта. Подцепил его двумя пальцами, потянул на себя. Бумага была старой, пожелтевшей. Он развернул лист, сложенный вдвое. Сразу понял, что это схема лифтовой кабины, только нарисованная от руки, и, кажется, даже перьевой ручкой. Пояснения к схеме были запутанными, изобиловали непонятными терминами и сокращениями. Но главное – это странная конструкция, изображенная под кабиной. Даже опытный, аналитический ум, натренированный решением сложных математических задач, не мог помочь покупателю разобраться в назначении этого устройства.

Он был слишком увлечен разгадыванием таинственного рисунка и не заметил, как за стенками снова стало тихо. Ему казалось, что если удастся разобраться в чертеже – хотя бы приблизительно, в общих чертах – он поймет, что произошло, и сможет что-то предпринять.

Посмотрел на кнопки. Побледнел. Внезапно его осенила страшная догадка. “Это не комбинация цифр”. Смял листок, запихивая его в карман кожаного плаща.

Лифт скрипнул особенно жалостно и громко, после чего, наконец, замер. Дверцы разошлись в стороны. Покупатель увидел знакомый холл первого этажа, только окрашенный в нелепый зеленый цвет, чего не было еще час назад. Мимо него сновали странные люди, где-то был слышен треск, казавшийся одновременно знакомым и неуместным. “Печатная машинка”.

Он вышел из лифта, поднял голову, посмотрел на красный плакат, растянутый под потолком. Текст его не интересовал, только цифры в конце: один, девять, два, один. Тысяча девятьсот двадцать первый. Створки лифта позади с шумом закрылись. Он обернулся, отчаянно вдавил кнопку вызова. Дверцы снова раскрылись, но кабина уже выглядела по другому. Деревянные панели исчезли, вместо них появились металлические решетки. И кнопочный пульт – его тоже не было. Только рычаг “вверх-вниз”.

– Товарищ! Эй, товарищ! Вы по какому вопросу?

На него смотрела девушка в зеленой гимнастерке с красным бантом.

– Я…

– Вас из комиссариата направили? В исследовательскую лабораторию?

– Да. В лабораторию.

Рука его сжала в кармане бумажку.

Если вам понравился рассказ, похожие можете прочитать здесь: "Социальный лифт", здесь: "Старая каморка", и здесь: "Лифт наверх, до последнего астероида".

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить